6 июл. 2017 г.

Большая ложь и маленький обман, Или о чем сказал и о чем умолчал Поль Морейра в фильме «Маски революции»



Я не буду анализировать весь фильм «Украина: маски революции», вышедший на французском Canal+ в феврале 2016 г. Это блестяще сделали Бенуа Виткин в Le Monde, Рено Ребарди в Liberation, Галя Койнаш на сайте Харьковской правозащитной группы, а также 18 иноземных журналистов, работающих в Украине, не понаслышке знающих ситуацию в Киеве, в Крыму, на Донбассе и в Одессе.
Поэтому повторяться не буду, а сделаю то, что давно должна была сделать, – сопоставлю сказанное Полем Морейра о событиях 2 мая в Одессе с достоверно установленными фактами. 
Это, напомню, хронология событий 2 мая (ч. 1), составленная «Группой 2 мая» и подписанная всеми членами группы, независимо от их политических взглядов, еще в июне 2014 г.
Тогда же, в июне 2014-го хронология была опубликована ведущими украинскими интернет-сайтами. Так что журналист, претендующий на то, чтобы назвать свой материал расследованием, а именно так именует свой фильм Морейра, должен был как минимум ознакомиться с документом, который составили одесские журналисты и эксперты, изучив огромное количество показаний свидетелей, видео и фото с места событий.
Над второй частью хронологии (события на Куликовом поле и в Доме профсоюзов) члены группы работали очень долго, поэтому она была обнародована только в апреле 2015 г.
В декабре 2015 г. появилась также предыстория одесской трагедии.

Журналистов из ведущих СМИ  разных стран все три года после 2 мая 2014 г. интересовали именно эти материалы, в которых последовательно, практически поминутно изложены факты. И они нас, членов группы, просили рассказать  о фактах, собранных в хронологию. Единственным, кто этого не сделал, был Поль Морейра. И, надо сказать, очень сильно меня этим удивил, когда мы встретились с ним в Одессе в сентябре 2015 г. Потому что предварительная договоренность с его помощницей Татьяной Приймачук была ровно об этом. Вот ее письмо:

8 сентября 2015 г., 13:19 пользователь Tetiana Pryimachuk <tetiana.pryimac@gmail.com> написал:
Добрый день, 
Мы снимаем документальное кино об Украине для французского канала Canal+ и хотим также уделить внимание событиям 2 мая в Одессе, о которым французские медиа мало говорили. По-этому, мы заинтересованы работой вашей группы, которая ведёт очень глубокую работу на эту тему. Можно ли с Вами связаться по телефону ? 
Спасибо большое за ответ, 
Татьяна Приймачук

Tetiana Pryimachuk
Journaliste/JRI tri-qualifiée

А во время встречи в одном из одесских отелей Поль попросил меня прокомментировать некоторые кадры видеохроники. Я ничего не заподозрила и согласилась. Показывал он мне в основном кадры, где проукраинские активисты захватывают пожарную машину, кидают камни, выковыривают плитку и разливают коктейли на Греческой площади. Я мельком подумала: а где же Боцман, почему журналист не спрашивает ничего о стрельбе в переулке Вице-адмирала Жукова? О первом убитом – десятнике «Правого сектора» Игоре Иванове? Где колонна «Одесской дружины» и ее неожиданный разворот на Екатерининской, после которого и начались столкновения в центре города? Но не в моих правилах вмешиваться в работу коллег – мало ли с кем он еще, помимо меня, разговаривал, возможно, про Боцмана и дружину ему рассказал кто-то другой. Все его вопросы ко мне в основном были такими: «А это кто? А это Марк Гордиенко? А этого вы знаете?». Вопросов о работе группы, о том, где можно найти нашу хронологию, я так и не дождалась. Под конец встречи я попыталась сказать ему, что мы сняли фильм «2 мая. Без мифов», но это его уже совершенно не интересовало…
Теперь, по словам украинских журналистов, живущих в Париже, он оправдывается – не взял интервью у Герасимовой, потому что она националистка. Ну, я это даже комментировать не хочу. Глупая отговорка человека, когда-то уважавшегося журналистским сообществом…
А теперь самое главное – сопоставление утверждений Морейра с фактами. Покажу это на конкретных примерах, используя фильм с русскими субтитрами, но с хорошо слышимым закадровым голосом автора. Я взяла этот вариант перевода с французского на русский, он полностью соответствует закадровому тексту.



Итак,  

Утверждение первое: «2 мая – результат того, что националистические формирования «занесло»



Так как перед этим автор больше 20 минут рассказывает о боевых формированиях «Правого сектора» и «Азова», то это именно их, по мнению Морейра, «занесло».  Куда именно «занесло», зрителю уже заранее ясно, потому что еще до начала фильма ведущий передачи «Специальное расследование»  недвусмысленно заявил, см. с отметки 01.00: «Среди наших прозападных друзей (по контексту имеются в виду жители Украины, поддержавшие Майдан, – прим. авт.) оказалось много убежденных неофашистов. Некоторые до сих пор там. Они совершали ужасные акты. В частности, мы расскажем вам об одном драматическом эпизоде, который произошел в Одессе прямо перед камерами, но который никто с этой стороны Европы не пожелал увидеть».
Насчет «никто  … не пожелал увидеть». 18 июня 2014 г. опубликован Третий доклад Миссии ООН по мониторингу прав человека, стр. 9-17 посвящены событиям 2 мая в Одессе. 4 ноября 2015 г. обнародован доклад Международной консультативной группы Совета Европы о расследовании событий 2 мая 2014 г., в котором целый раздел посвящен только расследованию «Группы 2 мая».
Это не единственный пример «никто не пожелал увидеть». Как я уже упомянула, были еще десятки зарубежных журналистов, приезжавших в Одессу в 2014 -2017 гг., большое количество статей и репортажей в ведущих зарубежных медиа, в том числе  на японском ТВ. Трудно перечислить, сколько интервью и комментариев за эти три года дали члены «Группы 2 мая». Наверное, только для Canal+ и Поля Морейра к сентябрю 2015 г. события 2 мая были «тайной за семью печатями». Все, кто интересовался, ответы на вопросы получили.
А теперь по сути. Так какие же «националистические формирования», которые «занесло» в Одессе, имеет в виду Морейра? Если «Азов», то этот батальон,  как нетрудно убедиться,  был создан 4 мая 2014 г. в Мариуполе и никак не мог принимать участие в событиях в нашем городе. Добровольческий украинский корпус «Правый сектор», о подготовке бойцов которого рассказывает Морейра в начале фильма, организован и того позже – в июле.
В Одессе, как и в некоторых других городах Украины, был (и есть) свой отряд «Правого сектора», куда входил и молодой дипломированный юрист Игорь Иванов – первая жертва 2 мая. И Морейра знает, что это был именно отряд, а не батальон, полк или корпус. Вот он перечисляет собравшихся 2 мая на Соборной площади: футбольные болельщики и бригада «Правого сектора» (наверное, в желтых футболках).

 
Но когда он говорит о националистических формированиях Одессы, он показывает не «правосеков», а членов Совета общественной безопасности (по-украински Рада Громадської безпеки, РГБ) и одного из его руководителей Марка Гордиенко, которого он упорно именует главой националистических формирований Одессы.
 


Странно, что побывав в офисе этой организации на ул. Жуковоского, 36 (а именно там он снимал интервью с Гордиенко), Морейра не узнал, чем занимается РГБ. Ну, ладно, постеснялся спросить у Гордиенко, мог поинтересоваться у меня. Я бы объяснила, что весной 14-го эта организация занималась материальным обеспечением блокпостов вокруг Одессы (в тот короткий промежуток времени, когда они существовали в апреле 2014 г.), сбором материальной помощи для одесской Самообороны, армии, беженцев. Это был также координационный центр, где проводили запись и по-любительски готовили проукраинских активистов, как реагировать в случае осложнения ситуации в городе. Об этом мы писали и в своей предыстории.
Именно с представителями Совета общественной безопасности встречался 29 апреля на блокпостах вокруг Одессы глава СНБОУ, комендант киевского «Евромайдана» Андрей Парубий. Он привез участникам возможной обороны Одессы бронежилеты. Морейра кадры встречи Парубия с РГБ-шниками преподносит как доказательство того, что новое правительство в Киеве, боясь после Крыма, Донецка и Луганска потерять Одессу, «обопрется на националистические формирования Одессы, в частности, «Правый сектор».

 Как видим, журналист, который претендует на то, что его фильм – это расследование, не брезгует такими приемами пропаганды, как избирательная правда, навешивание ярлыков, дезинформация и подмена факта мнением.

Утверждение второе, неявное: «украинцы убивали русских»

Историю противостояния 2 мая Морейра начинает с описания Куликового поля. По мнению автора, Куликово поле – это лагерь престарелых коммунистов, в основном обедневших пенсионеров. Кстати, обратите внимание на маленькую деталь. Морейра не произносит названия «Куликово поле». Он это место называет «перед одесским Домом профсоюзов». И это не просто так – ему надо, чтобы в сознание зрителя впечаталось название не площади, а здания. Позже он повторит этот прием.

На Куликовом поле действительно проводились мероприятия сторонников федерализации Украины, порой очень массовые, на которые со всего города стекались пожилые люди, тоскующие по СССР и «крепкой руке». Но кроме ностальгических лозунгов «вернуться в СССР», здесь звучали призывы, которые прямо угрожали безопасности Одессы и Украины. Например, когда 1 марта в Донецке Павел Губарев был избран на митинге «народным губернатором», а над административными зданиями Донецка, Днепропетровска и Харькова были подняты российские флаги, в Одессе на Куликовом поле прошло «народное собрание» с участием нескольких тысяч человек. Официальной позицией было требование федерализации и проведения референдума в рамках украинского законодательства. Однако на митинге звучали призывы к созданию «одесской автономии» и лозунги «Новороссии». На фоне происходящих в Крыму событий это было расценено многими как свидетельство того, что настоящей целью «Русской весны» было нарушение территориальной целостности Украины, то есть сепаратизм. Кроме того, на Куликовом поле проходили ежедневные тренировки военизированных формирований – Одесской и Народной дружин, отсюда выходили и чеканили шаг по одесским мостовым «русские марши», в рядах которых были не только одесские коллаборационисты, но и приезжавшие из России члены неофашистских организаций. Но обо всем этом из фильма «про маски» вы не узнаете. Автор не считает нужным сообщить своим зрителям эти «малозначительные детали», которые, видимо, не вписываются в его схему. А вписывается вот что: на Куликовом поле в основном находятся люди русского происхождения, русскоязычные, говорящие по-русски, как и бОльшая часть Одессы. Интересно, на какие данные опирался журналист, делая такие заявления? Откуда он взял, что в многонациональной Одессе живут люди «в основном русского происхождения»? А ниоткуда. Не существует таких демографических выводов, не подтверждается это статистикой. Поэтому это просто голословное утверждение, еще один излюбленный прием пропаганды. Но именно на этом голословном утверждении и строится схема фильма: 2 мая в Одессе убивали русских.  

А кто убивал? Ну, нам же уже сказали – националистические формирования, которые «занесло». Из кого они состояли, эти формирования? А вот из кого. 



    Потом плавным движением руки украинские националисты превращаются в украинцев. 

Так рождается схема: на Куликовом поле – русские, на Соборной площади – украинцы. Автор прямо этого не говорит, но подводит зрителя к выводу о том, что 2 мая произошел этнический конфликт.

На этих кадрах нет членов «Самообороны». Хотя вообще-то в сети такие видео и фото есть, но Морейра их наверное  не нашел. Вот так они выглядели в тот и многие другие дни, члены Одесской самообороны.



Недостаточно кровожадно выглядят как для убийц, правда же? Может быть, поэтому интервью одного из активистов Одесской самообороны Виталия Устименко совершенно случайно снимают вечером, направив свет на лицо, сделав таким образом интелллигентную внешность Устименко немного таинственно-зловещей? Это также относится к приемам пропаганды и называется «демонизацией врага».

Утверждение третье – были призывы идти к Дому профсоюзов


События в центре города Морейра представляет зрителю как драки, продолжавшиеся 4 часа. При этом среди кадров, отобранных автором, вы не увидите ни Виталия Будько по кличке «Боцман», стреляющего из переулка Вице-адмирала Жукова в сторону Дерибасовской, ни «Крайслер» с вооруженными казаками, набитый оружием и ехавший на подмогу «пророссийским активистам», который был задержан на Александровском проспекте «проукраинскими активистами». Все эти факты зафиксированы в нашей хронологии, также это все находится в материалах уголовного дела.
Об оружии Морейра упоминает скупо:



Какое оружие и кем применялось - это тонкости, недостойные кисти большого художника. Ну, правда, зачем упоминать о том, что первым из автомата Калашникова (или переделанного из него охотничьего карабина) начал стрелять «Боцман» из мобильной группы Куликова поля (находится в розыске, подозревается полицией в том, что смертельно ранил члена одесского «Правого сектора» Игоря Иванова, первую жертву 2 мая)? Это лишняя деталь в картине, написанной Морейра. Как и то, что оружие с «проукраинской стороны» появилось спустя полтора часа после того, как были убиты Игорь Иванов и Андрей Бирюков (расследование его гибели еще продолжается). Видимо, для Морейра такой разрыв во времени - малозначительная деталь. Хотя в истории противостоянии 2 мая она многое объясняет.
В результате такого упрощения у зрителя создается ложное представление о том, что в ходе банальной драки между двумя сторонами были убиты и те, и другие. Значит, виноваты обе стороны. 



Но это не так. В эти четыре часа вместилось большое батальное полотно на небольшой по площади городской местности. Люди, которые видели это со стороны (например, журналист издания «Думская» Олег Константинов, который был ранен при исполнении репортерских обязанностей), отзываются об этих часах, как о настоящей войне, когда небо было черно от летящих в обе стороны камней, когда стоял бесконечный грохот и крик. Многие полагают, что в эти четыре часа решалась судьба нашего города – быть или не быть ему очередной «провозглашенной республикой» со всеми прелестями «русского мира» - пытками, похищениями, убийствами, мародерством, беззаконием, бесправием населения, толпами беженцев из «зоны» и т.д. А может быть, и судьба всей Украины.
Так что – нет, это была не драка, мсье Морейра. Это была битва.

Именно эти четыре часа объясняют последующие события на Куликовом поле и в Доме профсоюзов. Если бы не было ожесточенного противостояния на Греческой, не было бы убитых и большого количества раненых, не было бы гнева разъяренной толпы, скорей всего, никто бы и на Куликово поле не пошел. Но эту «деталь» Морейра тоже опустил
Для него важней другое – поскорей перейти к рассказу о страшной трагедии в Доме профсоюзов. Правда, нужно бы объяснить зрителям – почему «проукраинские активисты» отправились туда после банальной «драки»? Но, похоже, ему мотивация и не нужна. Ему важно другое - застолбить  в подсознании зрителя словосочетание - Дом профсоюзов.
Вот «руководитель одесских националистов» Марк Гордиенко говорит в интервью: «Тогда мы решили окончательно покончить с лагерем на Куликовом поле» (послушайте внимательно на отметке 29.25 - Гордиенко говорит "на Куликовое поле") В переводе на французский вместо Куликова поля звучит – maison des syndicats (Дом профсоюзов). Автор зачем-то дает неверный перевод слов интервьюируемого. Мелочь? Ошибка переводчика? Давайте внимательно послушаем дальше.

На отметке 29.35 кто-то в толпе (не Гордиенко) призывает по-русски: «На Куликово!» (это хорошо слышно, как и слова Гордиенко). А в тексте субтитра мы видим: «A la maison des syndicats!» - «К Дому профсоюзов!»


Опять переводчик ошибся? Нет, это не ошибка. Это - обман. Маленький, но при этом очень, очень большой обман. Хуже того - это нарратив российской пропаганды наравне с "распятым мальчиком". И этот маленький обман мне сказал о фильме Морейра больше, чем все остальные 50 с лишним минут экранного времени. 
Помните, в самом начале, в рассказе про ностальгирующих бабушек и дедушек автор уже один раз подменил Куликово поле местом «перед одесским Домом профсоюзов»? Это один из важных, но малозаметных для неискушенного зрителя приемов пропаганды – постоянное повторение. Нужно один и тот же термин или тезис повторить несколько раз в нескольких местах, чтобы он впечатался в подкорку зрителей. Одесский Дом профсоюзов, в отличие от Куликова поля, которое кроме одесситов мало кому известно, стараниями российской пропаганды три года назад трансформировался  в место, где произошла «Одесская Хатынь», где погибло мученической смертью 42 человека (а не 43, как утверждает Морейра). Все эти люди той же российской пропагандой превращены в сакральные жертвы «киевской хунты». Словосочетание «Дом профсоюзов» уже три года как находится в плотной ассоциации с другими словосочетаниями: «2 мая», «Одесская Хатынь», Odessa Massacre и т.д. Про Киевский Дом профсоюзов, сожженный «Беркутом» во время Майдана, уже не вспоминает никто. А ведь там тоже погибло немало беззащитных людей.
Все серьезные исследователи и расследователи событий 2 мая прекрасно знают причину, по которой разъяренная толпа ринулась на Куликово поле: сжигать палаточный городок, к тому моменту пустующий. И то, что никто ни разу не крикнул «К Дому профсоюзов!» - это тоже общеизвестный факт. Толпа шла из центра города на Куликово поле разными улицами: по Ришельевской, по Екатерининской, по Преображенской. И не только Гордиенко, но и многие другие кричали: "На Куликово!" Никто, ни один не крикнул: "К Дому профсоюзов!" Потому что, во-первых, это нелогично. Лагерь стоял на Куликовом поле, и к Дому профсоюзов, который работал в своем обычном режиме всю весну до 2 мая, палатки и его обитатели не имели никакого отношения. Во-вторых, всем одесситам прекрасно известно, что 2 мая, в праздничный выходной день, это официальное учреждение закрыто, не работает. Зачем к нему идти? Никто не ожидал, что обитатели палаток незаконно взломают двери учреждения, выгонят охранника и затащат внутрь огромное количество древесины - как баррикаду. Что заведут за собой в здание еще три сотни совершенно посторонних людей, в том числе женщин, стариков и подростков. Вопрос: "Зачем они это сделали, когда можно было просто спокойно разойтись?" - до сих пор остается неотвеченным. 
Все эти моменты также подробно описаны в нашем расследовании, а в фильме "2 мая. Без мифов" снимался "куликовец" Сергей Дмитриев, который подробно рассказал, как он взламывал двери и со своими единомышленниками затаскивал внутрь деревянные поддоны и мебель. Но эти "детали" также не привлекли внимания автора фильма "Маски революции". 
Когда разгоряченные боевыми действиями люди шли после битвы в центре города на Куликово поле довершить начатое - убрать наконец с площади эти проклятые палатки, ставшие символом страха и опасности проникновения в наш город "зеленых человечков" и гибридной войны, то они и представить себе не могли, что поодаль от площади, в Доме профсоюзов  могут находиться около 400 человек, в том числе старики и подростки.  Сергей Дибров, одесский журналист и член «Группы 2 мая», вел в этот день постоянный стрим из эпицентра противостояния – с Греческой, с Куликова поля. И он позже рассказал, что никто на площади не знал, что в здании может находиться большое количество народа. А когда с крыши Дома профсоюзов полетели коктейли молотова и началась стрельба, люди на площади решили, что в здании боевики. Те же, которые спровоцировали столкновения на Греческой площади и кто стрелял в них из переулка Вице-адмирала Жукова. Поэтому вполне естественно, что в ответ в здание полетели камни и бутылки с зажигательной смесью. Пожар стал логичным следствием. А также финалом трагедии…
Подробности первой части трагедии российской пропаганде очень и очень невыгодны, поэтому пропагандисты стараются о них либо говорить мимоходом, либо просто врать.  Важно впечатать в сознание, в подкорку граждан эти слова – Дом профсоюзов. Чтобы 2 мая и Дом профсоюзов были связаны неразрывно. Чтобы услышав слова «пожар в Доме профсоюзов», граждане начинали бы пылать праведным гневом по отношению к «украинским нацистам», «киевской хунте», Украине в целом. И не задумывались бы о преступлениях российской власти, которая уже четвертый год убивает украинцев на их земле.

Многие критики отмечают, что автор фильма ослеплен антиамериканской идеей и чуть ли не оправдывают его. Дескать, вообще-то он классный журналист, но в этот раз его подвел его "антиамериканизм"..
О нет, друзья мои, антиамериканизм здесь - лишь прикрытие. Морейра использует в фильме «Маски революции» точно те же приемы пропаганды, что и русские пропагандисты типа Мамонтова, Киселева и Соловьева. И точно те же нарративы. Разумеется, я не знаю, получает ли он деньги от Кремля, но этим фильмом он здорово подсобил лжи российской пропаганды о 2 мая. И именно поэтому он был совершенно не заинтересован в  том, чтобы я изложила ему факты. Он приезжал в Одессу делать пропагандистский фильм, и он его сделал.

Утверждение четвертое: украинская власть не ведет расследование и не наказывает виновных

 

Это ложь. На момент утверждения (съемки фильма в Одессе проходили в сентябре 2015 г.) украинскими правоохранительными органами расследовалось уголовное дело о массовых беспорядках в Одессе, расследование продолжается и в настоящее время. Один эпизод из этого большого дела - о событиях на Греческой площади - с января 2015 г. слушался в Малиновском суде г. Одессы, в конце мая этого года перекочевал в Ильичевский городской суд г. Черноморска Одесской области. По этому эпизоду 20 представителей «пророссийской стороны» обвиняются в том, что участвовали в беспорядках, а один из обвиняемых - Сергей Долженков – в том, что своими действиями спровоцировал беспорядки.
Второй эпизод из этого же дела - по обвинению представителя «проукраинской стороны» в убийстве на Греческой площади - также находится в суде.
Но эта информация никак не укладывается в версию автора про «новое правительство, которое поддерживает правых», именно поэтому он утверждает, что никакого расследования нет.

И последнее. Бабушка. Ну как же без бабушки, которая молится, стоя на коленях? Что может быть лучше для мастера пропаганды? Это и противопоставление брутальным, жестоким неонацистам, и напоминание о безобидных стариках, которые всего-навсего ностальгировали по СССР на месте «перед одесским Домом профсоюзов». Это и образ беззащитной Украины, которую скоро уничтожит «монстр» и которую надо прийти и защитить. Не хватает только призыва: «Путин введи!» Но призыва не будет. Потому что это Морейра, большой французский художник…




P.S. Я надеюсь, что мое небольшое исследование поможет украинской журналистке Анне Чесановска-Жайяр выиграть апелляцию в парижском суде против Поля Морейра.

Татьяна Герасимова, координатор «Группы 2 мая», г. Одесса, 6 июля 2017 г.



Комментариев нет:

Отправить комментарий